Поиск
  • tsfnn

«Надо всегда стоять до последнего, тогда есть шанс победить», - Станислав Дмитриевский


Фото: Илья Мясковский

В Нижнем Новгороде живут такие люди, к которым можно относиться по-разному, но именно они порой играют ключевую роль в некоторых важных городских вопросах. Один из таких людей Станислав Дмитриевский. Давно хотели записать с ним интервью. А теперь и повод появился. Совсем скоро у Станислава юбилей. О жизни, борьбе, философии и многом другом…в нашем материале.


- Где вы родились и как прошло ваше детство?


- Я вырос в доме № 22а по ул. Костина, рядом находятся улицы Короленко и Новая, поэтому этот район мне так дорог. Детские впечатления остались. Я помню эти дворы наизусть, они мне до сих пор иногда снятся. До второго класса я жил там, но у меня и сейчас в этом доме живет семья дяди. Связь с этим местом никогда не обрывалась. Это очень личное. Мы строили штабы и обсерватории из дровяных ящиков, играли в казаков-разбойников, сражались на мечах. Меня очень часто упрекают, что я бываю резок в градозащитных вопросах, а я воспринимаю сносы исторических зданий Старого города как собственную боль. Как если бы ко мне домой пришли в грязных сапогах и начали занавески обрывать, вторгаться в мое пространство. И я так эмоционально реагирую на планы сноса объектов в заповедном квартале по улицам Новая - Короленко, потому что это мой дом. Но, разумеется, до какого-то момента я воспринимал исторические кварталы как свою естественную среду обитания и не задумывался, когда и кем были построены эти дома. Осознание их ценности и уникальности пришло потом.


- Как прошла ваша юность?


- В 1986 году я вернулся из армии уже твердо зная, что хочу стать историком. И восстановился на второй курс истфака. Но еще на первом курсе я начал открывать для себя исторический город. Например, шел в библиотеку, брал книгу Николая Храмцовского "Краткий очерк истории и описание Нижнего Новгорода" и искал уцелевшие храмы. Я с такой радостью обнаруживал, что Похвалинская, Мироносицкая, Ивановская и многие другие церкви, известные по фотографиям Дмитриева, «живы», хотя и перестроены до неузнаваемости. Это был первый осмысленный краеведческий интерес — если не считать «Общество изучения Печерского монастыря», которое мы создали в шестом классе школы. Но я не попал на самую первую градозащитную акцию осенью 1987-го, когда ИПФАН (прим. – Институт прикладной физики АН СССР), решил снести дом № 31 по ул.Б.Печерской (дом поэта Граве) — меня просто не было в городе. Дом был наполовину снесен, но разрушение остановили под давлением общественности, впервые вышедшей на уличную акцию. А архитектор реставрационной мастерской Елена Кармазина держала оборону дома внутри. Я тогда очень горевал, что акция прошла без меня... и влился в отряд добровольных помощников-реставраторов, который создала журналист Валентина Петровна Бузмакова. Это был некий аналог нынешнего "Том Сойер Феста".


Подробнее о доме № 31 по ул.Б.Печерской можно узнать на сайте: http://opentextnn.ru/space/nn/dom/bol-pecherskaya/bol-pecherskaya-31/.


- Много ли было тогда добровольцев?